В магазине на кассе сидела женщина и пела. Вернее, она напевала, какую-то мелодию. Другая за соседней кассой заливалась от смеха. Мелодия была грустной, а кассирша была явно с Северного Кавказа. Ты другая смеялась:
-Ну что ты ты все поешь-то? Ведь украдут, украдут тебя будешь так петь. А может ты и хочешь ,чтобвы тебя украли? В горы захотела?
Какая противная тетка в очках подумала я , глядя на веселившуюся тетушку.Охранник ухмылялся, видно ему приходилось там наблюдать разные межнациональные конфликты. За одной кассой сидела девушка с монголоидными чертами, за другой черкешенка или осетинка, ну не важно, за третьей украинка.
Та все продолжала напевать и приговариала:
-Ээээх, ничего вы не понимаете.
-В горы, в горы украдут! Хи-хи -хи
Виду она не подавала, но ей было неприятно. Так и читалось на лице: "Уехать бы отсюда домой, в эти самые горы, где родные лица, родные песни, где все знакомо и понятно". И опять мне захотелось сказать , ну что ты дура в горах смыслишь , что ты тут заливаешься? Перед охранником выпендриваешься? И опять я промолчала. Просто мы с встретились глазами с той, что пела, пока она пробивала мне чек. Мы с ей просто улыбнулись друг другу, а то, что я понимаю в горах и таких песнях она,видно, сразу поняла. Можно было ничего не говорить. И почему -то она слегка воспрянула. Ее глаза я запомнила: грустные , глаза ,которые пытаются забыть и примириться.

Москва теперь теперь для меня разная. Когда в ней живешь постоянно, то многое привычно, а когда в ней бываешь набегами, то подмечаешь то, чего раньше и не видела. ( more )